freesmi_by (freesmi_by) wrote,
freesmi_by
freesmi_by

Category:

За фото матери вокалиста группы «Aerosmith» когда-то расстреливали

<input ... >

На первый взгляд никакой связи между сталинскими репрессиями 30-х годов, вокалистом группы «Aerosmith» Стивеном Тайлером и польским писателем Флорианом Чарнышевичем (1900-1964гг.) нет. Однако не все так однозначно. Дед певца был родным братом литератора, эмигрировавшего в США с территории нынешнего Кличевского района. Он часто писал родственникам из-за океана, и именно письма стали первопричиной ареста их третьего брата, предъявлением обвинения в работе на американскую разведку и последующего расстрела.


Фото: novychas.by Семья Феликса Бланча (Чарнышевича): сам Феликс, его жена Бесси, их дети Сьюзан (мать Стивена Тайлера, справа), Соня и Эрвин. Отсутствует еще один сын — Эдвард.

За лучшей жизнью


Феликс Чарнышевич уехал на заработки в Америку еще в 1914 году и поменял фамилию на «Blancha». Возможно, это потребовалось для упрощения ассимиляции, поскольку произнести «Чарнышевич» англоязычному человеку было бы сложно. Американская исследовательница Меган Смаляняк нашла документы эмиграционной службы, согласно которым он назвал местом своего рождения Бобруйск, а национальность — поляк.


Европейские литературоведы, скрупулезно изучавшие биографию писателя Флориана Чарнышевича, считают, что представители шляхты, проживающие в Западных российских губерниях, умышленно называли себя «поляками». Тем самым, они как бы подчеркивали свою генетическую связь с Речью Посполитой – федеративным государством Великого Княжества Литовского и Польского королевства. В романах Флориана Чарнышевича «Надбярэзинцы» и «Вицик Живица» встречается слово «Беларусь», но крестьян писатель называет «русскими», пишет «одеться по-русски». «Русский» выступает как синоним «православного». «Поляк» встречается в значении «католик», одновременно все больше фигурируя, как этноним, и, как признак высшего сословия. Писатель вспоминает, например, «православных поляков», когда пишет о знати, отошедшей от католической веры лишь из-за того, что поблизости не было храма.


Ксендз Анджей из Бобруйска, который раз в две недели служит мессу в современном Кличеве, говорит, что слова «католичество» и «Польша» для его прихожан неразрывны. Даже в разговорах о его посещении Ватикана, спрашивают: «На каком языке вы там общались? По-польски?». Правда, богослужения в Кличеве регулярно посещают преимущественно переселенцы советского времени из Западной и Центральной Беларуси и их потомки. Из местных католиков практически никого не осталось.


На сайте geni.com внук Феликса Чернышевича — Скотт Бланч выставил сертификат регистрации, согласно которому его дед приехал в США из России (зачеркнуто и написано «из Польши») как Felix C. Czarnyszewicz. Эта же фамилия фигурирует и в свидетельстве о браке от 1925 года. Таким образом, доподлинно неизвестно, когда точно «Czarnyszewicz» превратился в «Blancha».


Смертельный снимок


Семейный снимок он выслал своему брату Бернарду, который жил в деревне Величково (сейчас Бобруйский район), в середине 30-х годов. По данным внучки Бернарда — Ирины Рева, ее дед переехал в 1921-м после женитьбы на Ядвиге Сикорской, которая была оттуда родом. Его родители остались жить в деревне Пересека Кличевского района, которая стала прообразом смолокурни, выведенной Флорианом Чарнышевичем в романе с «Надбярэзинцы».


Феликс и Бернард довольно долго и интенсивно переписывались. В СССР иметь родственников за границей, да еще поддерживать с ними тесную связь, было небезопасно. Однако Бернарда этот аспект почему-то совсем не беспокоил. Получив семейную фотографию брата, он не только с гордостью показывал ее всем односельчанам, но и пересказывал содержание писем. Жизнь в США разительно отличалась от советской действительности. Для бесправных крестьян она казалась сказкой. Пропаганда западного образа жизни – это уже статья.


Поводом для репрессий могли стать не только письма из Америки, но и шляхетское происхождение, и католическое вероисповедание. В 1937-1938 гг. по СССР прокатилась волна «национальных процессов», в числе которых было и «Дело поляков».


Быт мелкой шляхты в окрестностях Бобруйска описал в автобиографическом романе «Надбярэзинцы» брат Бернарда — Флориан. В книге, правда, идет речь о периоде 1911-1920г.г. Упоминается и «американский» брат, и желание главного героя непременно отправиться за океан. Его исполнению помешала лишь Первая мировая война.


Бернард не стал дожидаться, пока за ним приедет «черный ворон», и, оставив семью, уехал работать на шахты Донбасса. Время от времени он тайком приезжал на несколько дней, но никогда на улицу не выходил. Жена просила детей о том, что папа дома, никому не рассказывать. Письма из Америки продолжали приходить, но не напрямую, а через множество посредников. 21 февраля 1937 года Бернарда Чернышевича нашли на Украине и арестовали.


Его внучка, которая сегодня живет в Кировске Могилевской области, в начале 90-х годов получила доступ к личному делу деда, хранившемуся в архиве Могилевского УКГБ. По словам Ирины Степановны, в материалах нет ничего против советской власти, и единственной виной Бернарда было утверждение, что в США людям живется лучше. С Донбасса арестованного перевели в Бобруйск и поместили в крепостную тюрьму. Свидания с родственниками разрешали и Леокадия Бернардовна, скончавшаяся в 2018г, вспоминала, что разговаривала с отцом. Приговор – 10 лет без права переписки – привели в исполнение 17 сентября 1937 либо в самом Бобруйске, либо около деревни Михалево. В те времена считалось, что это расстрел.


Однако, внучка хорошо помнит, что приходило уведомление о том, что Бернард Францевич скончался от туберкулеза в Нижнем Тагиле. Отыскать его в семейном архиве не удалось. Эту версию косвенно подтверждает письмо Флориана Чернышевича из Аргентины к польской писательнице Юзефе Радминьской, датированное 20 мая 1953 года.  Он, в частности, пишет, что последнюю весточку с родины получил с оказией еще в 1946г. В ней сообщается, что брата сослали в Сибирь, и почти десять лет о его судьбе нет «ни слуху, ни духу».


В 1963 году Бернард Францевич Чернышевич был реабилитирован Верховным судом БССР «за отсутствием состава преступления», а его дочь, Леокадия Бернардовна Иваницкая, признана пострадавшей от политических репрессий.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments