freesmi_by (freesmi_by) wrote,
freesmi_by
freesmi_by

Categories:

Кто вы агент «Арефьев»? Часть первая

<input ... >

7 апреля исполнилось 36 лет со дня смерти Ларисы Гениюш — белорусской поэтессы, политзаключенной, генерального секретаря Совета БНР. До 1983 года она жила в Зельве, что в Гродненской области, под пристальным наблюдением спецслужб. Наш читатель имеет уникальную возможность ознакомиться с архивом УКГБ по Литовской ССР, в котором находятся материалы, полученные от агента «Арефьева». Его подлинное имя, естественно, неизвестно.


Фото: thenypost.files.wordpress.com Тайный агент

Архивы белорусских чекистов исследователям по-прежнему недоступны. Тем более, закрыты материалы, которым менее 75 лет. По нашим законам они относятся к тайне личной жизни. Так что о событиях 60-х сможем узнать только после 2035 года. Если доживем, конечно.


Агентурная разработка


7 апреля 1962 года старший оперуполномоченный 2 отдела 2 управления КГБ при Совете министров Литовской ССР майор Васильков составил очередной План оперативных мероприятий по разработке некого Адольфа Климовича, недавно освободившегося из колымских лагерей. От осведомителей из его окружения чекисты знали, что в заключении он «оставался на прежних националистических позициях, проводил враждебную работу среди заключенных и поддерживал связи с белорусскими националистами, проживающими за пределами Коми АССР». После освобождения Климович «продолжает оставаться убежденным националистом, старается замечать в советской действительности только отрицательные черты, занимает выжидательную позицию, общаясь со связями, известными ему по прошлой антисоветской деятельности».


Осенью 1957 года Климович приехал в Беларусь, устроился на работу агрономом в один из колхозов Борисовского района Минской области. И уже 17 декабря 1957г. 4 Управление КГБ при СМ БССР завело на него агентурное дело.


«В 1959-61 годах проводились неоднократные беседы с целью склонения Климовича к выступлению в печати для вскрытия антинародной деятельности белорусских националистов в период Отечественной войны, однако желаемых результатов достигнуто не было».


В мае 1960 года он получил разрешение вернуться домой в Вильнюс. Чекисты решили продолжить разработку Климовича и его окружения. В том числе семьи Ларисы Гениюш, в которую был внедрен агент «Арефьев».


Лариса не умеет писать так, как сейчас требуется


Из официальных документов: «КГБ при СМ Белорусской ССР разрабатывается белорусский националист Гениюш Иван, который вернулся из заключения, и работает в одной из больниц гор. Слонима, Гродненской области. Его жена Гениюш Лариса, в прошлом известная белорусская поэтесса, также отбывала наказание за националистическую деятельность.


Фото: katolik.life Лариса Гениюш

Климович и Гениюш в период 1923-1928гг. вместе учились в Пражском университете, где состояли в «Студенческой секции белорусского общества». В 1944г. Климович какое-то время скрывался в доме Гениушей в Праге.


Разработку Гениюш И. и Гениюш Л. ведет проверенный агент КГБ при СМ БССР «Арефьев», который пользуется у них доверием. Он периодически приезжает в Вильнюс к своей матери, знаком с рядом националистов.


Исходя из этого, совместно с КГБ БССР продумать мероприятия по вводу агента «Арефьева» в разработку Климовича через Гениюш Ивана.


Поскольку агент пользовался доверием, чекистам не составило никакого труда ввести его в разработку, тем более, что сам Иван Гениюш частенько приезжал к нему в гости в Барановичи и останавливался на ночлег. Об их разговорах мы можем узнать из отчетов секретного информатора «Арефьева» (личное дело № 1104). В нашем распоряжении имеется агентурном донесение, отправленное 5 сентября 1960 года подполковнику Лосеву:


«Летом с.г. в гости к Источнику дважды приезжал И.П. Гениюш. В первый раз он прожил три дня в начале мая, в дни, когда проходила сессия Верховного Совета СССР. Гениюш заявил, что в Барановичи он приехал отдохнуть от домашних хлопот, так как его очень утомляет забота о внуках. О своей жизни в Зельве Гениюш сказал, что живется им материально неплохо, ведь Лариса Антоновна работает сестрой-хозяйкой в ​​больнице.


Однако морально он чувствует себя крайне плохо, не имеет друзей, не с кем поговорить откровенно.


Гениюш даже спрашивал у Источника, нельзя ли ему переехать на жительство в Барановичи? Можно ли будет получить здесь работу? Источник ответил, что не может гарантировать трудоустройства, но попробует сделать всё возможное.


О своих товарищах по работе Объект отзывается плохо, считает их малограмотными, некультурными, пьяницами. Он выражал большую обиду по поводу того, что больничный местком отказал в рекомендации для поездки в качестве туриста в Чехословакию. Гениюш сказал Источнику, что он не оставляет своей мечты: добиться разрешения уехать на постоянное жительство в Чехословакию [Гениюши не принимали советского гражданства, оставаясь с довоенных времен гражданами Чехословакии].


Фото: pbs.twimg.com Иван, Юрий и Лариса Гениюш

Он говорил, что у него есть планы добиваться такого разрешения в Москве. Попробует получить личную аудиенцию у Хрущева. Гениюш пытался для чего-то (он не хотел объяснить для чего конкретно) снять копию со своего паспорта, но в нотариальной конторе Барановичей ему отказали.


Объект рассказывал, что его сын Юрий безуспешно добивается разрешения приехать погостить в Зельву (польские власти якобы отказали ему в разрешении, а жена Юрия безуспешно добивается разрешения белорусских властей съездить в Польшу). Источник выразил убеждение, что лучше всего было бы для Юрия, если бы он переехал в БССР на постоянное жительство, но Гениюш возразил — ему не хотелось бы терять шансы на выезд всей семьи за границу.


В разговорах Иван интересовался судьбами белорусских националистов, находящихся в эмиграции. Источник рассказал о связях, которые имеют с родственниками в Америке Ю. и Л. Луцкевичи [сыновья основателя «Громады», «Нашей Нивы» и премьер-министра БНР Антона Луцкевича]. Со своей стороны, Источник поинтересовался, имеет связи Гениюш с эмигрантами, в частности с Тумашем. Тот ответил, что очень давно никаких вестей от Тумаша не имеет, но точно знает, что он самоустранился от политической жизни. Зато якобы очень активен в США Николай Щорс, который стал третьим по значимости «лидером» эмигрантов (наряду с Р.Островским и М.Абрамчиком). Обрывочные сведения Гениюш почерпнул из книги «Во имя правды», которую дал ему знакомый сотрудник одной из гродненских газет.


Гениюш говорил, что собирался привезти книгу Источнику, но писатель уезжал в Москву, и специально приехал в Зельву, чтобы ее забрать. Кроме того, Гениюш, с его слов, периодически слушает передачи на белорусском языке из Мадрида, но ничего интересного для себя не слышал.


Первые два дня и первую ночь своего посещения Гениюш провел в доме Источника, а вторую ночь и третий день – у Савчука Петра, вместе с которым посетил Т. и И. Дудко.


Узнав от Источника, что он собирается провести часть отпуска в Вильнюсе, Гениюш попросил его зайти к художнику Сергиевичу и попросить репродукции картин, поскольку он коллекционирует белорусское искусство. (Эта просьба была впоследствии выполнена).


Второй раз Гениюш гостил три дня в конце июня (приблизительно). На этот раз он заехал по дороге с курорта (или из дома отдыха). Савчука в Барановичах не было (он ездил в Могилев на экзаменационную сессию) и Гениюш провел все время с Источником. Много говорили на разные темы. Гениюш жаловался, что Ларисе очень трудно работать на должности сестры-хозяйки. Агент советовал, что намного разумнее было бы взяться за литературную работу, на что Иван Петрович возразил, что «Лариса не умеет писать так, как сейчас требуется».


Гениюш поинтересовался также, не имеет Источник связи с Евгенией Шостак и был очень доволен, получив ее адрес. Он также был очень доволен репродукциями картин Сергиевича, взял его адрес и собирался написать письмо».


Существует ли портрет «Арефьева»


Здесь можно прервать рассказ «Арефьева», чтобы сообщить подробности его визита в Вильнюс к упомянутому художнику, известными из еще одного донесения:


«Находясь в Вильнюсе летом с.г. Источник посетил Петра Сергиевича в его мастерской и был радушно принят. Сергиевич показывал свои работы и интересовался мнением о них. В это время он работал над картиной «Максим Танк над озером Нарочь». Имеющимися жизненными условиями полностью доволен. Осенью планирует сделать в Вильнюсе персональную выставку (в связи с пятидесятилетием со дня рождения) и приглашает на нее всех друзей.


В разговоре коснулись общих знакомых, находящихся в эмиграции. Сергиевич отметил, что он ни с кем связей не поддерживает, а сведения о них получает, в основном, от Луцкевичей.


Агент передал художнику просьбу Гениюша о репродукциях. Вначале он отнесся к ней немного подозрительно, но затем дал отпечатки, сделал под ними собственноручные подписи и взял адрес Гениюша с тем, чтобы установить с ним письменный контакт. При прощании с Источником Сергиевич приглашал заходить при каждом приезде в Вильно, выразил желание написать его портрет ».


Ознакомившись с отчетом, заместитель начальника 3 отдела 2 Управления КГБ БССР подполковник Лосев поставил перед агентом следующую задачу:


«Задание: В целях сближения с Сергиевичем Вам следует согласиться позировать ему для написания портрета.


При встречах в Вильнюсе выясните характер его взаимоотношений с братьями Луцкевичами, Шантырь, Шутовичем и другими лицами из числа белорусских националистов, с которыми он общается в настоящее время. Помимо этого, выясните, над чем он работает сейчас и каковы планы на будущее.


Мероприятия: Перед выездом «Арефьева» в Вильнюс отработать ему более подробное задание в отношении Сергиевича и его связей».


Думается, что искусствоведы смогут ответить на вопрос: писал ли Петр Сергиевич портрет агента «Арефьева» из Баранович или нет.


Из донесения осведомителя мы можем узнать, какие вопросы волновали Ивана Гениюша в это время:


«Говоря о внутренней политике советского правительства, Объект выражал свое недовольство следующими вещами: 1) белорусский язык только официально считается государственным. В реальности повсеместно господствует русский, 2) молодое поколение растет безыдейным и беспринципным, 3) нет свободы слова, 4) нет демократии и т.д.»


Из текста сообщения можно узнать и дополнительные сведения об агенте «Арефьев», помимо портрета кисти известного художника. Нам известно, что его мать жила в Вильнюсе, а сам он, похоже, работал в сфере медицины, был судим и не реабилитирован:


«В одной из бесед Источник рассказал Гениюш, что в мединституте ему сделали предложение поехать в научную командировку в Польшу. Он выразил свое согласие и подтвердил, что очень заинтересован в подобном визите. Гениюш признал, что было бы интересно поехать в Польшу, но выразил уверенность в том, что разрешение на выезд не дадут, потому что имеется непогашенная судимость и отсутствует реабилитация по политическим статьям. Источник сказал, что и он не очень верит в реальность получить разрешение на такую ​​поездку».


Продолжение

Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments