July 12th, 2019

12 июля белорусские вузы начали приём документов

<input ... >
Фото: 11klassniki.ru

Сегодня, 12 июля, в Беларуси вузы начали принимать документы от абитуриентов.


Документы на бюджет желающие могут подать до 17 июля. Абитуриенты, которые нацелены идти учиться платно без внутренних вступительных испытаний, должны подать документы до 4 августа.


Для силовых и творческих вузов установлены другие временные рамки — 12-31 июля и 12 июля — 2 августа. Абитуриенты,которые учились в профильных классах педагогических направленности, будут подавать документы на педспециальности с 12 по 14 июля.


Для тех, кто собирается обучаться на заочной форме по сельскохозяйственному направлению, приём документов начнётся 15 ноября и завершится 5 декабря.


С 18 по 26 июля пройдут внутренние вступительные испытания, с 6 по 15 декабря — в сельскохозяйственных вузах.


Зачисление на бюджетную форму — по 28 июля (кроме военных учреждений высшего образования), на платную — по 6 августа (кроме некоторых военных вузов и культуры).

Была ли "Рельсовая война" столь эффективной, как принято считать часть 1

<input ... >

Операция «Рельсовая война», инициированная штабом партизанского движения (ЦШПД), началась 3 августа 1943 года. В ней участвовали отряды и соединения Беларуси, Украины, а также Смоленской, Орловской, Ленинградской и Калининской областей РСФСР. Приказ №0042 предписывал подрывать рельсы на основных, вспомогательных, запасных и иных путях, включая складские запасы. План в 213тыс. штук был досрочно выполнен, но пропускная способность железнодорожных магистралей не снизилась, а возросла. В июне до группы армий «Центр» дошло 1822 эшелона, а в августе, когда по партизанским донесениям «живого места» на дорогах уже не осталось – 2159.


Начало партизанской операции «Рельсовая война» в ходе Великой Отечественной войны Фото:pbs.twimg.com

Открытые архивные документы позволяют говорить о том, что значение и итоги «Рельсовой войны» изрядно преувеличены. Она изначально во всех смыслах была большой глупостью, желанием отдельных партийных функционеров выслужиться перед Сталиным, сопровождалась приписками и выявила полное нежелание непосредственных исполнителей рисковать собственными жизнями. Более того, она дискредитировала партизанское движение.


Самый настоящий концерт


Основная идея «рельсовой войны» состояла в создании преимущества армиям, сражающимся на Курской дуге, и условий для последующего контрнаступления путем лишения противника тылового снабжения: подкреплений, техники, боеприпасов и продовольствия. 19 сентября она плавно переросла в операцию «Концерт», которая продолжалась до 1 ноября. Помимо Беларуси, диверсии на железных дорогах массово проводились в Карелии, Прибалтике, а также в Ленинградской и Калининской области.


В планах был еще и «Зимний концерт», но спад количества диверсий начался уже с октября и продолжался до весны. Уже ощущалась острая нехватка взрывчатки, а немцы изобрели эффективные способы восстановления поврежденных участков. Помимо этого, они перешли на более активное использование автомобильного транспорта. Бороться с ним было сложнее, поэтому суммарный ущерб оценивается в районе 5% от общего числа задействованных машин.


Партизаны минируют рельсы. 1943г. Фото:cdni.rt.com

«План мероприятий», спущенный из Москвы, предписывал белорусским партизанам в ходе «Концерта» подорвать 140 тыс. рельсов, но многие бригады существенно превысили плановые задания. Начальник Центрально штаба П.Пономаренко докладывал Верховному: бригада Дубровского выполнила план на 340%, бригада Маркова — на 310%, бригада им. Заслонова — на 255%, бригада Романова — на 172%, бригада Белоусова — на 146%, бригада им. Воронянского — на 137%, бригада Филипских — на 127% и так далее.


Совокупные цифры таковы. В первой операции было задействовано около 100тыс. партизан, которые подорвали 214.705 рельсов, из которых порядка 185тыс. находились в границах Минской железнодорожной дирекции. Во второй операции 120тыс. бойцов совершили 146.149 подрывов. Всего на территории Беларуси перебито свыше 350тыс. рельсов, что составляет 60 процентов от общего результата всех компаний 1943 года.


Правда, около 50тыс. поврежденных участков находились на неиспользуемых дорогах. Нацистам они никакого вреда не причинили, но снизили темпы восстановления путей, крайне важных при наступлении наших войск. Архивные документы скрупулезных немцев, серьезно относившихся ко всем учетам, говорят о повреждении всего 30тыс. рельсов, что составляет менее 10% от советских отчетов.


Удельный вес остановок движения, связанных с «рельсовой войной» на промежуточных перегонах достигал 24% от всех перерывов, вызванных диверсиями. Однако, на основных направлениях он составлял менее 3%. На январь 1943г. на территории оккупированной Беларуси было уложено около 11 млн. рельсов. Следовательно, 350 тыс. штук, разрушенных партизанами, составляли всего 3% процента. Комариный укус. На подрывы ушло почти 50 тонн взрывчатки, снабжение которой шло исключительно по воздуху. Ее могло хватить на уничтожение порядка 1.500 составов. Если бы так и было в действительности, то передовые части вермахта попросту не смогли вести интенсивные боевые действия.


Сама по себе идея подрыва рельсов была весьма заманчивой, простой и вполне реальной. Однако, противник не только располагал большими складскими запасами, но эффективно восстанавливал поврежденные участки путем сварки или замен. Потом стали использовать специальную 80-сантиметровую перемычку, устанавливаемую на поврежденный кусок рельса, которая одномоментно решила все проблемы с обеспечением непрерывного движения.


Согласно донесениям, в июле 43-го белорусские партизаны пустили под откос 742 эшелона противника, а в разгар «рельсовой войны» — только 463. Из этого явно следует, что вектор приложения усилий выбран ошибочно, а в условиях войны – даже преступно. Если суммировать все цифры докладов, поступивших в Центральный партизанский штаб, то получается, что группа армий «Центр» всю летнюю кампанию сидела на «голодном пайке». Между тем, она получала до 70 составов в день.


Причины провала операции


В своих мемуарах «главный партизанский диверсант» Илья Старинов пишет, что изначально было понятна низкая эффективность подрыва рельсов, как основного направления действий. В частности, всей взрывчатки украинских отрядов хватило лишь на 2% рельсов территориальных железных дорог. Если учесть, что они еще и лежали, где попало, то никакого реального ущерба врагу нанесено не было. Острым дефицитом были только паровозы. Именно их и следовало выводить из строя. Перегнать тяговый состав из Европы невозможно в принципе, поскольку он создавался под колею другой ширины.


Партизанская операция «Рельсовая война» в ходе Великой Отечественной войны Фото:i.pinimg.com

Еще одной весомой причиной провала, по мнению Старинова, является неподготовленность операции в плане материального снабжения. Чтобы эффективно работать на транспортных коммуникациях противника, крупным партизанским соединениям требовалось не менее 50.000 тонн различных грузов и порядка 2.000 специально обученных диверсантов-подрывников. Всего этого не было, как и необходимого количества транспортных самолетов, способных перебрасывать большие партии грузов через линию фронта. Планирование, как таковое, отсутствовало. Поэтому печальный результат был прогнозируемым.


Зачем ее вообще проводили


Официально «Рельсовую войну» и «Концерт» проводили в целях обеспечения интересов армий, сражающихся на Курской дуге, и планирующих наступать по Левобережной Украине и под Смоленском. На самом деле эта версия, вошедшая во все учебники истории, придумана уже после войны. Ее несостоятельность становится понятной. Если внимательно присмотреться к датам. Начало Курской битвы – 5 июля 1943г. Дата приказа №0042 – 17 июля, а начало активных действий – 3 августа.


Общеизвестно, что сражение под Курском по своему масштабу, военным и политическим последствиям считается одним из самых значимых во Второй мировой войне. Помимо тех, кто непосредственно погибал на полях сражений, было много других, изъявивших желание «принять участие». К последним можно справедливо отнести П.Пономаренко, который только в мае примерил новенькие генеральские погоны, и горел желанием показать Сталину свои возможности и значимость возглавляемого им участка работы. В общем, хотел выслужиться.


Он воспользовался идеями бывшего заместителя по диверсионной работе ЦШПД, уже упомянутого И. Старинова, и предложил Ставке начать «рельсовую войну». Поступившую инициативу, как принято, рассмотрели и одобрили. Незамедлительно состряпали приказ — начинайте. Никакой предварительной подготовки и расчетов. Никаких районов главных ударов,  никаких конкретных объектов и даже тактики действий. Распоряжение разослали на места, там взяли под козырек и приступили к исполнению. Приказы командования, как известно, не обсуждаются.


Из образования Пантелеймон Кондратьевич имел Рабфак и Институт инженеров транспорта, в котором больше занимался комсомольской работой. Штабной работы не знал, аналитических способностей не имел, поэтому масштабные войсковые и диверсионные операции по определению самостоятельно планировать не мог. Когда в 1938г он возглавил ЦК ВКП(б)Б, то первым делом попросил у Сталина увеличить квоты на репрессии: первая категория (расстрел) – на 2.000 человек, вторая (лагеря) – на 3.000 человек.


Недалекий партийный функционер мыслил стандартными категориями того времени: увеличить надои, тонно-километры, повысить урожайность и так далее. Так он и действовал. Нечему удивляться, что партизаны получили приказ, требующий повредить определенное количество рельсов за конкретное время, независимо от того где они уложены или попросту складированы. Пантелеймон Кондратьевич искренне считал, что от подрыва 250 тыс. рельсов будет колоссальная польза. А если штуки перевести в погонные метры, тонны и тонно-километры, то его личный вклад в общую победу «будет весомее других». Приписки к реальным цифрам – были обычной нормой. Главное – правильно и вовремя доложить. Но самое интересное еще впереди.


Продолжение

Была ли "Рельсовая война" столь эффективной, как принято считать часть 2

<input ... >

Рельсовая война: очковтирательство и большая глупость. Часть 1


Операция «Рельсовая война», инициированная штабом партизанского движения (ЦШПД), началась 3 августа 1943 года. В ней участвовали отряды и соединения Беларуси, Украины, а также Смоленской, Ленинградской, Орловской и Калининской областей РСФСР. Приказ №0042 предписывал подрывать рельсы на основных, вспомогательных, запасных и иных путях, включая складские запасы. План в 213тыс. штук был досрочно выполнен, но пропускная способность железнодорожных магистралей не снизилась, а возросла. В июне до группы армий «Центр» дошло 1822 эшелона, а в августе, когда по партизанским донесениям «живого места» на дорогах уже не осталось – 2159.


Партизанская операция «Рельсовая война» в ходе Великой Отечественной войны Фото:topwar.ru

Открытые архивные документы позволяют говорить о том, что значение и итоги «Рельсовой войны» изрядно преувеличены. Она изначально во всех смыслах была большой глупостью, желанием отдельных партийных функционеров выслужиться перед Сталиным, сопровождалась приписками и выявила полное нежелание непосредственных исполнителей рисковать собственными жизнями. Более того, она дискредитировала партизанское движение.


Банальный обман


Архив немецкой диспетчерской службы по станции Минск за август 1943-го содержит сведения о подрыве 34 составов на участке Минск-Борисов. В этом районе действовало сразу семь партизанских бригад – «За Советскую Беларусь», «Первая Минская», «Разгром», «Пламя», «Смерть фашизму», имени Щорса и Флегонтова – из докладов которых следует, что подорвано 204 эшелона.


О чем говорит реальная цифра. Семь бригад, помимо которых были еще и отдельные самостоятельные отряды, провели всего 34 успешных диверсии. Если их разделить на всех, то получиться, что никто особенно не напрягался выполнять приказ вышестоящего штаба. Допустим, что еще столько же попыток оказались неудачными. Раз или два в неделю группа подрывников отправлялась на задание, а все остальное время тратила на отдых и политзанятия. Возможно, так и было, но события на борисовском перегоне весьма показательны и говорят совсем о другом.


Партизанская операция «Рельсовая война» в ходе Великой Отечественной войны Фото:pbs.twimg.com

Это относительно короткий участок железнодорожного полотна. Если каждый день пускать под откос эшелон, то хаос гарантированно обеспечен. Ремонтные бригады должны прибыть на место, стащить вагоны и освободить пути, восстановить поврежденные участки насыпи, уложить новые шпалы и рельсы. Это огромный объем работы, занимающий много часов, а с учетом различных ограничений – даже дней. Почему не было ожидаемого паралича транспортного сообщения?


Ответ лежит на поверхности: слова «подрыв» и «крушение» не являются синонимами. В 1943 году впереди эшелонов уже цепляли несколько платформ с песком. Если видели поврежденный рельс, то устанавливали накладку, а при срабатывании мины нажимного действия основной эшелон оставался невредимым. Факт подрыва фиксировался обеими сторонами, но никакого ущерба он не наносил.


Даже в самых идеальных условиях взрыв непосредственно под паровозом был способен причинить лишь опосредованный вред. Эшелон улетал под откос, лишь двигаясь на большой скорости и при наличии самого откоса. В противном случае паровоз съезжал на насыпь, а вагоны оставались на колее. Естественно, инженеры противника эту зависимость обнаружили, и поезда стали передвигаться на безопасной скорости. В результате эффективность диверсий на железных дорогах резко упала.


Среди составов, подорвавшихся на минах, было много «порожняка», двигавшегося в тыл. Деревянные вагоны и платформы легко ремонтировались, поэтому ничего, кроме расхода столь ценной взрывчатки, подобные акции не приносили. Даже крушения, как таковые, не были самоцелью, поскольку требовалось уничтожать грузы, что происходило далеко не всегда. Партизаны, убедившись в срабатывании заряда, старались быстрее покинуть опасную зону. Всё, что уцелело, оккупанты подбирали и отправляли следующим рейсом. Партизанские командиры понимали, что целью диверсий должны быть локомотивы, но Москва требовала отчетов по валу и километражу.


Не нужно забывать, что объектом атак была советская железнодорожная инфраструктура. Ее бессмысленное уничтожение являлось войной против самих себя. Перейдя в наступление, армия столкнулась с неожиданной проблемой: отступающие войска вермахта причинили меньше вреда транспортным коммуникациям, чем партизаны.


Никто не хотел умирать


«Очковтирательство», по всей видимости, существовало довольно давно и было очевидным для многих «кремлевских небожителей», ходивших на доклады к Сталину. В некий момент чаша терпения переполнилась, поскольку реальность уж слишком далеко отошла от вымысла, и за линию фронта отправили несколько сотен проверяющих, наделив их самыми широкими полномочиями. Итогом инспектирования дел на местах стал целый ряд любопытных документов, сегодня доступных для свободного изучения. Приведем выдержку, рассказывающую о действиях отдельных отрядов:


Партизанская операция «Рельсовая война» в ходе Великой Отечественной войны Фото:www.pnp.ru

«27 августа на заседании штаба бригады Фалалеева заслушаны отчеты отрядных командиров Семенова и Думина за текущий месяц по выполнению требований приказа №0042. Как выяснилось, отряд Семенова подрывов на железной дороге не производил и врага не уничтожал. Бездействие объясняется плохим материальным оснащением и обучением диверсионных групп».


Командир партизанского полка «Тринадцать» Сергей Гришин получил из штаба следующее указание: «Используя временное затишье на фронте, противник усиливает переброску военной техники, боеприпасов и личного состава по железным дорогам. Приказываю использовать все имеющиеся возможности для массового разрушения железнодорожных путей в рамках операции «Рельсовая война». На перегоне Орша — Борисов вы обязаны уничтожить не менее 1.000 участков пути. Операцию начать немедленно в ночь на 20 августа. Подробности хранить в тайне. Дальнейших указаний не будет».


О выполнении этого приказа свидетельствует отрывок из доклада командованию группы армий «Центр». Отмечены массовые попытки повреждений железнодорожных путей в районе Лунинца, Орши, Молодечно, а также на перегонах Орша — Борисов и Могилев — Орша и. Зафиксировано свыше 9.400 взрывов. Серьезных повреждений на отрезке Орша — Борисов [в зоне ответственности отряда Гришина] не обнаружено.


Получив «ценные указания» и абсолютно пустое задание на «общий километраж», партизанские командиры к их выполнению подходили творчески с «народной смекалкой». Никто ради участия в «социалистическом соревновании» не собирался нападать на хорошо  охраняемые участки дороги. По плану нужно 140 тыс рельсов — выполним на 101%. Благо железнодорожных путей в стране хватает, причем среди них полно таких, где диверсия пройдет в полной безопасности для подрывников.


Может сложиться ошибочное мнение, что вообще никто ничего не делал. Реальные боевые выходы на основные магистрали, безусловно, были и немало. Однако, они планировались, хорошо готовились и, как правило, всегда были результативными. Вместе с этим, штаб в Москве требовал ежедневных победных реляций. Пономаренко не мог пойти на доклад к Сталину с «пустыми руками». Вот ему и слали цифры, «взятые с потолка», а эшелоны противника без задержек шли на фронт.


Системные ошибки анализа


Современные исследователи, анализируя разрозненные данные «соцсоревнований» в рамках «Рельсовой войны», совершают системную ошибку, поскольку итоги операции необходимо рассматривать в совокупности длинного ряда взаимозависимых факторов. В противном случае картина получится искаженной.


Приписки, как таковые, на самом деле оказывают на общую оценку незначительно влияние. Если допустить, что из 213 тыс. поврежденных рельсов реальными являются лишь половина или, как утверждают документы вермахта, только 10%, то число все равно получается очень большим. Ведь каждый раз несколько человек рисковали своими жизнями и делали это вполне осознано. Почему же их подвиги оказались напрасными?


Партизаны минирую рельсы. Фото:img.crazys.info

В 1940-м китайская армия провела свою самую крупную наступательную операцию против японцев, известную сегодня, как «Битва 100 полков». Одномоментно на всем театре боевых действий было разрушено 500 км железных и 1.500 км шоссейных дорог. На их восстановление самураи потратили около полугода, прекратив активные боевые действия.


Отчего нечто подобное три года спустя не произошло на советско-германском фронте? Если принять во внимание стандартную длину одного рельса в 25м, то получится, что партизаны разрушили не пятьсот, а пять тысяч километров дороги. Просто китайцы не занимались сложением результатов отдельных операций, полученных с огромной территории. Они нанесли один сконцентрированный и хорошо спланированный удар, достигший намеченной цели.


Наш суммарный «километраж», собранный из докладов многочисленных отрядов и бригад, уже на момент отправки сведений не имел практической ценности. Почему? Потому, что разрушенное полотно уже было отремонтировано, если в этом была необходимость, и по нему бодро стучали колеса воинских эшелонов.


Давайте представим, что партизанская диверсионная группа подрывает рельс или разрушает некий участок, длину которого, естественно, никто не измеряет, поскольку и проверять некому. Далее отход и путь в отряд. Если речь идет об активно используемом отрезке дороги, то пока они идут, к месту разрушения прибывает ремонтная бригада, оперативно восстанавливающая целостность пути. В случае с рельсами движение вообще не прерывается.


Наконец, минеры добираются до базы, докладывают командиру, результат приводится в «правильную форму», заносится в общую сводку, которую во время очередного сеанса связи передают в Центральный штаб. Там собирают донесения от всех отрядов, суммируют, «облагораживают» и передают в вышестоящий штаб. Итоги наносят на карту, и получается весьма симпатичная картина: действия партизан парализовали все коммуникации врага.


На самом деле разрушения уже устранены. Какую пользу каждое из них принесло действующим армиям в конкретный момент времени своего появления, никто не рассматривает и не учитывает. Высшие начальники бодро рапортуют об успехах, которых на самом деле нет, получают звания и ордена. Поток наград идет и особо отличившимся партизанам, некоторые из которых даже не напрягаются. Все это наталкивает на мысль, что партизанское движение, о котором мы знаем из героических фильмов, в реальности было несколько иным.

Карпенко: В вузах Минобразования стоимость обучения выросла на 100-300 рублей

<input ... >
Игорь Карпенко
Фото: sputnik.by

Сегодня, 12 июля, глава Минобразования Беларуси Игорь Карпенко прокомментировал повышение цены обучения в высших учебных заведениях страны.


По словам министра, стоимость «подросла незначительно»: «Данная цифра колеблется от 100 до 300 рублей«.


Напомним, всего в нашей страны 51 вуз. 21 из них — Министерства образования. В их числе Белорусский госуниверситет, Белорусский национальный технический университет, Белорусский государственный педагогический университет им. М.Танка и т.д.

13 июля в Беларуси ожидаются дожди с грозами и до +23 градусов

<input ... >
дождь
Фото: news.mail.ru

В субботу, 13 июля, в Беларуси ожидаются дожди с грозами и до +23 градусов.


Синоптики Республиканского гидрометеоцентра страны прогнозируют облачную погоду с прояснениями. В некоторых районах пройдут кратковременные дожди, возможны и грозы. Порывы ветра составят 3 — 14 метров в секунду.


В ночное время будет от 6 до 12 градусов тепла, а в дневное — от 17 до 23 градусов со знаком «плюс».